Мнение экспертов

«Капитализму приходит конец»: Джереми Рифкин о новой экономике, которая позволит человечеству выжить
12.01.2016
Третья промышленная революция будет осуществляться по принципиально иной модели, нежели первая и вторая. Перемены будут не спускаться сверху правительством, а распространяться на горизонтальном уровне, будучи понятными и прозрачными для всех. Дальше...»




Высокие технологии в Белоруссии
12.02.2014
Валерий Вильямович Цепкало

Любая разработка в области информационных технологий претендует на то, чтобы видеть своим рынком весь мир. При создании собственного продукта необходим бюджет не только на его разработку (плата программистам, аренда офиса, приобретение компьютеров и прочие расходы), но и, прежде всего, для продвижения продукта на зарубежные рынки.  Дальше...»

Кто снимает кровавые сливки со взрывов в метро?


Дмитрий Николаевич Родионов
04.04.2017

Теракты в питерской подземке — это тест на сознательность и сплоченность российского общества.

Новая неделя началась с известия о теракте в метро в Северной столице. Терактов в Центральной России давно не было, тем более на общественном транспорте. Последний громкий теракт был совершен 24 января 2011 года в московском аэропорту Домодедово.

Ясно же, что долгое отсутствие терактов — это не недоработка террористов, а заслуга спецслужб. Ясно, что террористы за словом в карман не лезут и наверняка был не один десяток попыток организовать что-то на территории России с тех пор, как в 2015 году после прихода в Сирию целый ряд группировок объявил России войну, и если у большинства из них руки коротки на подобные акции, то ИГИЛ уже не раз доказывало, что руки у него достаточно длинны, чтобы терроризировать всю Европу.
Но Россия — не Европа. Представители европейских спецслужб после каждого успешного теракта на своей территории признают, что они попросту не готовы к полноценной антитеррористической войне. Многие указывают на уникальность российского опыта, перенять который европейцам не позволяет русофобская гордыня. Однако это не значит, что они не признают его уникальность.

Тем не менее никакая уникальность опыта не является гарантированной стопроцентной защитой, особенно если террористы ставят четкую цель во что бы то ни стало переиграть спецслужбы. Тем более если удар наносится отнюдь не оттуда, откуда его обычно ждут. Диверсификация источников террористической угрозы, широко распространенный по Европе "домашний джихад" — все это создало много дополнительной работы спецслужбам.

Почему метро? Метро — это место массового скопления людей. Кроме того, именно в подземке достигается наибольший эффект от взрыва: замкнутое пространство вагона и тоннеля способствует тому, что взрыв отражается от стен и потолка, задевая максимально возможное количество находящихся поблизости людей. Это не считая поражающих элементов, которыми обычно начинены взрывные устройства, что многократно увеличивает количество пострадавших и уменьшает их шансы выжить.

Однако есть несколько интересных моментов, которые будто бы свидетельствуют о том, что террористы вовсе не ставили себе целью убить как можно больше народу, что, как правило, является всегда основной целью терактов, не связанных с выполнением каких-то политических требований. И, собственно говоря, ИГИЛ или кто-то еще, мстящий России, несомненно пожелал бы сделать теракт как можно более кровавым для демонстрации собственных сил и устрашения граждан страны, с которой он ведет войну. Эти моменты сначала поставили многих в тупик, заставив значительно расширить круг подозреваемых, включив в него самые экзотические версии.

Первое — это время совершения теракта. Днем. Простите, но если вы хотите убить как можно больше людей, то это нужно делать в час пик: утром, когда все едут на работу, и вечером: когда все едут с работы.

Теракт в питерской подземке произошел в обед, когда народу в вагонах было минимум, уж точно меньше, чем в утренние или вечерние часы пик, когда количество жертв было бы огромным. Для сравнения, в результате терактов 29 марта 2010 года на станциях "Парк культуры" и "Лубянка" в Москве, совершенных террористами в районе 8 утра, погиб 41 человек, раненых было 88. В результате теракта на перегоне между станциями "Автозаводская" и "Павелецкая" в 8:30 утра 6 февраля 2004 года погиб 41 человек и свыше 250 получили ранения.

Нет ли у вас ощущения, что организаторы теракта хотели минимизировать число жертв или просто проявили лень? Вроде бы, ИГИЛ не было замечено ни в гуманизме, ни в лени и безалаберности, это не в заслугу им сказано, но это факт. ИГИЛ, и в более широком смысле — радикальные исламисты, давно отработали тактику до мелочей, подобные "промахи" им совершенно не свойственны.

Второй момент, который мог сбить с толку, — это отсутствие в теракте собственно смертника, что является основным доказательством причастности исламистов. Это не просто "визитная карточка" — так удобнее и надежнее. Так вот, изначально, по мнению специалистов, это был не смертник, к тому же сразу появились фотографии тех, кто якобы закладывал бомбы. Предполагалось, что сделав свое дело, они благополучно покинули подземку.

Конечно, можно предположить, что ИГИЛ начало экономить на исполнителях, беречь людей, предчувствуя собственный скорый и неизбежный разгром. Но почему-то не очень верится, что они будут отказываться от проверенной временем и доказавшей надежность тактики. Ведь со смертником как-то надежнее. Намного надежнее.

Наконец специалисты, изучавшие место взрыва, сообщили о малой мощности бомбы, в сравнении с теми, что использовались в предыдущих громких терактах. И это тоже совершенно несвойственно ИГИЛ и другим известным нам террористам.

Повторюсь, у многих сложилось впечатление, что целью террористов было не массовое убийство людей, а создание громкого информационного повода, способного иметь определенные политические последствия.

Конечно, ИГИЛ в любом случае всем сразу пришло на ум. Ну или не ИГИЛ, а какая-то иная группировка, у которой есть интерес "мстить" России за участие в сирийском конфликте, — мало ли их нам объявляло джихад?

ИГИЛ давно превратилось во франшизу, которая распространяется бесплатно и без какой-либо коммуникации желающих приобщиться к организаторам этого предприятия, причем в роли террористов все чаще выступают коренные жители данного региона. Это в США в 2001-м членам "Аль-Каиды" потребовалось самостоятельно угонять самолет. Сегодня исполнителем теракта может стать любой человек, по той или иной причине попавший в сети проповедников радикального ислама, которые расставлены по всему миру — даже там, где число исповедующих ислам незначительно или последних вовсе нет. Что уж говорить о России и ее двух столицах, которые давно превратились в огромные человеческие муравейники, в которых живут представители огромного количества национальностей и религиозных течений, отследить распространение радикализма среди которых — не так просто.

Впрочем, это работа спецслужб — выявлять такие течения и потенциальных террористов. Проблема в том, что, как я уже сказал выше, гидра терроризма приобрела совершенно новое обличье, и если к отслеживанию радикальных проповедников, прибывающих из южных республик, мы как-то привыкли, то вот борьба с игиловской франшизой это борьба иного уровня, и тут не следует расслабляться, думая, что мы гораздо лучше защищены, чем европейцы. Неспециалистам, неспособным анализировать и не обладающим оперативной информацией, впору впасть в паранойю от всего этого.

Впрочем, уже к вечеру выяснилось, что смертник все-таки был, и его, вроде как, уже опознали: им оказался выходец из одной из среднеазиатских республик, живущий в Петербурге. И у него, вроде как, были сообщники, то есть речь идет все же об организованной группе, а не о фанатиках-одиночках, как это было в Европе. Признаться честно, это даже принесло немного облегчения, что терроризм вернулся в Россию в привычном виде, значит, с ним легче будет справиться.

Тем не менее, пока об этом всем не стало известно, звучали и иные версии. Например, что это могли сделать неонацисты, которые еще в прошлом десятилетии отметились серией громких терактов, якобы направленных против мигрантов, однако в реальности приводящих к жертвам без разбору национальности и гражданства, самым громким из которых был взрыв на Черкизовском рынке 11 лет назад.

Еще одной версией стала причастность неонацистов, но уже украинских. Мы все прекрасно помним, что бандеровцы давно обещали устроить террор против России на ее территории. Как бы иронично к этим угрозам мы ни относились, попытки-то были. В основном, конечно, в Крыму, имеющем не только общую границу, но и места для схронов, подготовленные еще до того, как полуостров стал полноценной частью России, а также подпольную агентуру. В основном в формате диверсионных прорывов, но были и попытки организации взрывов, достаточно вспомнить дело Сенцова — Кольченко.

Конечно, это тоже Крым, к тому же еще весна 2014 года, когда российские государственные органы, в том числе спецслужбы, еще недостаточно уверенно себя чувствовали в регионе.

В любом случае добраться до Санкт-Петербурга — это вам не до Крыма. К тому же, если терроризм в Крыму еще можно "оправдать" сопротивлением "оккупации", то теракт в Северной столице России, да еще и с реальными человеческими жертвами — это уже теракт по всем понятиям, даже для Запада, который в своей русофобии, кажется, порой начинает терять связь с реальностью. Но нет. Такое бы и там не одобрили, особенно на фоне волны террора, захлестнувшей Европу, так что обвинения в терроризме для украинских властей сейчас были бы не лучшим подспорьем для того, чтобы продолжать давить на жалость Запада в попытках получить очередную помощь в борьбе с "российской агрессией".

Эти версии хоть и были достаточно быстро опровергнуты, тем не менее выглядели весьма правдоподобно. Повторю, лично я реально вздохнул с облегчением, узнав, что теракт все же дело рук тех, с кем наши спецслужбы хорошо знакомы, и что не приходится ждать угрозы с неожиданной стороны. Впрочем, кто сказал, что не приходится? Если те же бандеровцы до сих пор не совершили ничего подобного, то отнюдь не из-за того, что не хотели. Так что нам следует на полном серьезе быть готовыми абсолютно ко всему.

Кстати, показательна реакция украинских СМИ, которые (в отличие от простых граждан, молча несущих цветы к российскому посольству) тут же начали строить теории с целью обвинить сами российские спецслужбы если не в прямом, то в косвенном участии в теракте.

Вот, например, издание "Апостроф", статья "Теракт в Питере: три главные версии". Согласно первой версии, теракт был организован непосредственно российскими властями, якобы для отвлечения внимания от возросшей протестной активности и сплочения народа вокруг них. Вторая версия — мифические "дагестанские боевики", которые якобы уж четверть века ведут "освободительную борьбу" против России. 

Интересней всего, конечно, третья версия, согласно которой взрыв могут повесить на Украину и намеренно искать в деле "украинский след", чтобы выставить эту страну перед международными партнерами государством-террористом. "Они вряд ли будут обвинять западные спецслужбы — Путин понимает, что это абсолютно смешная версия. Поэтому будет версия Кавказа, что с удовольствием скушает российское общество. Вторая версия — всплывут какие-то украинские спецслужбы и визитки Яроша", — пояснил "Апострофу" украинский пропагандист, известный также как "Говорящая каска", Дмитрий Тымчук.

В этой версии прямо не говорится, но, разумеется, подразумевается, что теракт был организован российскими спецслужбами. Иными словами, это повторение первой версии, только Украину приплели.

Ничего иного из Киева лично я, собственно говоря, услышать и не ожидал. Как и от ряда российских либералов, которые привыкли абсолютно во всем винить власти, в любых потрясениях видеть ее, власти, выгоду.

На руку либералам (и Киеву) играет тот фон, на котором происходят теракты. Оппозиция снова и снова изо всех сил пытается раскачать лодку. Однако видно, что у нее ничего не выходит. Если в соседней Белоруссии прозападная оппозиция смогла сплотить тысячи людей под лозунгами протеста против "декрета о тунеядцах", то в России у нее просто нет такой повестки. Лозунгами против коррупции людей особо не поднимешь, тема, безусловно, важная, но если люди сами не испытывают серьезной материальной нужды, протесты большинства из них против чьего-то якобы нечестно заработанного богатства, как правило, ограничиваются постами в интернете и "пережевыванием" тем на кухне. К тому же тему борьбы с коррупцией оппозиция отнюдь не приватизировала, с коррупцией у нас борется и власть, причем не без успеха: мы видим конкретные случаи посадок весьма крупных чиновников, примером — сегодняшний арест главы Удмуртии, и такие примеры мы видим едва ли не каждый день.

Одним словом, либералам абсолютно нечем повести народ за собой. В этих условиях единственное, что остается, — разыграть "жертву", спровоцировать власть на жесткость. Именно это сработало в свое время на украинском Майдане, когда милиция разогнала и слегка поколотила "онижедетей". Самое идиотское, что кураторы нашей оппозиции пытаются разыгрывать идентичный сценарий, вплоть до мелочей, причем в гипертрофированной форме — с привлечением реальных детей. То ли совсем растеряли креативность технологи "цветных революций", то ли это уже жест отчаяния. Так или иначе, единственная очевидная цель всех этих несанкционированных акций — получить по рогам от полиции и взвыть на весь мир о нарушениях свобод и демократии в России.

Номер в нынешних условиях абсолютно тухлый. Однако для них не было бы счастья, да несчастье помогло. Я про теракт. В то время как вся страна скорбит, некоторые обязательно будут использовать этот повод для обвинений против власти.

По совпадению (которое оппозиция, разумеется, истолкует в свою пользу), в день теракта президент России находился в Санкт-Петербурге, выступал на форуме ОНФ. В частности, отвечая на вопрос об ограничениях в интернете, говорил о том, что они должны соответствовать уровню развития общества. Теперь любые усиления мер безопасности будут восприняты как признание нашего общества недоразвитым.

Разумеется, сегодня все они вспоминают теракт в Беслане 2004 года, после которого были отменены губернаторские выборы. Разумеется, все либералы будут повторять мантру о том, что теракт будет использован для нового наступления на свободы, и если усиление мер безопасности в городах России действительно произойдет (а это было бы совершенно логично, сенатор Озеров, к примеру, сразу призвал усилить меры контроля за гражданами на транспорте, что наверняка кем-то будет истолковано как ущемление прав — мол, ни в одной стране на Западе билет не продают по паспорту, а в метро нигде не проходят через металлоискатели) и это приведет к тому, что не получат согласования вообще никакие акции оппозиции, или ужесточится контроль в интернете или что угодно еще, оппозиция получает мощный пропагандистский козырь.

Интересно, что теракты в США 9 сентября 2001 года также вызвали резкое ужесточение мер борьбы с терроризмом от вторжения в Афганистан и Ирак (наши либералы также очень любят критиковать режим за участие в сирийском конфликте — мол, именно за него и прилетает "ответка" от исламских радикалов) до реального ущемления свобод собственных граждан, о масштабах которого мы с каждым годом узнаем все больше и больше благодаря разоблачениям Ассанжа, Сноудена и других сознательных представителей западного мира.

Приведу, однако, цитату из уже вышеупомянутого мною "Апострофа": "Но если в США антитеррористические законы действительно призваны защитить общество, то в российских реалиях они смогут защитить только власть". Почему-то я абсолютно уверен, что все наши либералы под этим подпишутся. Quod licet Iovi, non licet bovi.

Насколько жесткие меры, направленные против терроризма и на защиту безопасности государства, оправданы — вопрос дискуссионный. Безусловно, оправданы на фоне бессмысленной и звериной жестокости терроризма, но с другой стороны, это порождает массу перегибов, активно используемых врагами государства, таких как печально знаменитый пакет Яровой, который вызвал шквал критики всех слоев общества, необходимость корректировки которого признали даже его авторы. Про Америку я вообще молчу, там все сплошной перегиб, клейма негде ставить.

Ужесточать что-то в любом случае придется. Как минимум контроль за безопасностью в метро и в транспортном комплексе в целом. Вчера депутат Законодательного собрания Петербурга Оксана Дмитриева рассказала, что запрос петербургского метрополитена на увеличение финансирования для установки металлоискателей не был полностью удовлетворен, город выделил не все запрошенные подземкой средства, в том числе предназначенные для установки металлодетекторов. Понятно, что не существует стопроцентной защиты от терроризма, в каждый вагон не поставишь по несколько полицейских, на каждом углу не налепишь камеры. Но тем не менее спрос с органов власти будет всегда, ибо это их работа, это то, что они должны делать, между прочим — на наши с вами деньги.

Проблем действительно много, как и уязвимых мест, которыми пользуются террористы. Надо смотреть правде в глаза и предлагать реальные пути решения, а не кричать, что власть во всем виновата, не надо было лезть в Сирию и т. д.

Вот еще интересный момент, который снова будто нарочно совпал по времени с терактом. Вчера были опубликованы результаты опроса, проведенного "Левада-центром", согласно которым почти половина россиян (47 процентов) считают, что каждый человек имеет право бороться за свои права, даже если это идет вразрез с интересами государства.

Понятно, что тут имеет огромное значение то, что это "Левада-центр", признанный иностранным агентом. Еще большее значение имеет постановка вопроса. Уверен, что если бы вместо "интересов государства" поставили бы "общественную безопасность" и опрос проводился бы сразу после теракта, а не до него, результаты были бы совсем другими. Но я не сомневаюсь, что оппозиция будет оперировать этими данными, причем каждый раз, когда встанет вопрос об усилении мер безопасности, в которых непременно найдут ущемление чьих-то свобод.

Разумеется, никакой связи между бомбистами-исламистами и либеральной оппозицией в России нет. Но несомненно, что одни попытаются извлечь выгоду для себя из действий других. То же самое касается наших дорогих "западных партнеров", которые сегодня рассыпаются в соболезнованиях и уверяют в единстве с Россией, но когда речь вновь зайдет о необходимости взаимодействия в борьбе с терроризмом, мы вновь со всех сторон услышим о "российской угрозе". Одно хорошо: на время траура мы хотя бы будем ограждены от неадекватной оголтелой русофобии.

России объявлена гибридная война — та самая, в которой они пытаются обвинить нас. Антироссийская истерия, охватившая Запад, — это элемент этой войны. Попытки нашей оппозиции раскачивать лодку — это элемент этой войны. Теракты — это тоже элемент этой войны. Не в том плане, что Запад причастен к ним, а в том, что любые ответные действия российского государства будут поданы через призму все той же "российской угрозы" и "нарушения в России прав и свобод". А если учитывать, что все эти ИГИЛы и прочие банды были созданы и раскручены в Сирии и Ираке с подачи американских спецслужб, то…

В любом случае, перед властью и обществом поставлен вопрос: как они поведут себя дальше, как будут реагировать? Очень многое сейчас зависит от власти, от ее действий по обеспечению безопасности общества, но не меньше будет зависеть и от самого общества, от того, как оно воспримет все происходящее. Теракт — это не просто вызов спецслужбам. Это тест на гражданскую сознательность и способность к сплочению перед общим врагом. Сможем ли мы достойно пройти этот тест?

РЕН-ТВ 



© .....